
ШЕСТИДЕСЯТНИКИ
ШАБЛАВИН Сергей Петрович (1944) Север. 2000. Холст, масло. 100 × 100
Шаблавин — классик московского романтического концептуализма, разработчик идей дискретной картины и структурной живописи. Он пришел в искусство из науки. Шаблавин закончил факультет кибернетики и начал самостоятельный поиск в искусстве в изоляции, вдохновляясь идеями Родченко и Лисицкого. Судьбоносным для него стало знакомство в 1967 году с Олегом Васильевым. Вскоре Шаблавин стал частью Сретенской группы концептуалистов, куда входили Кабаков, Булатов, Янкилевский, Пивоваров и другие. Но, в отличие от коллег по направлению, Шаблавин не обыгрывал символы советской идеологии и мутагенность коммунального быта. За счет этого его картины остаются неуязвимыми для времени и понятными вот уже третьему поколению коллекционеров. Картина опубликована в чешской монографии «Сергей Шаблавин», изданной в 2021 году. Картина настроенческая, атмосферная, с фирменным шаблавинским фотореалистическим кадром-кругом — «формулой пейзажа» — его любимым приемом, известным с 1960-х годов.
ЯНКИЛЕВСКИЙ Владимир Борисович (1938–2018) Из цикла «Город». Попытка понять. 1991. Бумага, пастель, карандаш, коллаж. 50 × 142,5
И снова патриарх Сретенской группы! Масштабная, мощная, философская работа. В ней есть почти все магистральные идеи, заложенные в творчестве Янкилевского. И несущая конструкция триптиха. И элементы «пространства переживаний». И, наконец, центральная доминанта — образ вывернутого человека, набитого газетным мусором, испуганного, удивленного, словно только что выброшенного из привычного социального ящика.
Полутораметровая пастель «Попытка понять» из цикла «Город» опубликована в каталоге «Анатомия чувств», изданном в 2009 году при содействии Aktis Gallery, с которой работал Янкилевский.
ЧУБАРОВ Евгений Иосифович (1934–2012) Жрица любви. 1977. Чертежная доска, масло. 104 × 91
Перед нами один из самых мощных и один из самых недооцененных экспрессионистов послевоенного неофициального искусства — «мытищинский затворник» Евгений Чубаров. Кабаков называл его живым гением. Но вулкан Чубарова извергался вдали от страстей столичной художественной жизни. Он исповедовал интеллектуальное отшельничество, словно специально уклоняясь от резонансных выставок.
Живопись Чубарова 1970-х годов — редкость на аукционном рынке. Появление «Жрицы любви» — исключительный шанс для коллекционеров. Работа непростая. В свое время она чуть не погибла. По счастью, один коллекционер спас ее от разрушения, выменяв у Чубарова. Любопытно, что на обороте чертежной доски художник оставил отпечатки своих ладоней — еще одна дополнительная подпись, кроме той, что на лицевой стороне. Подлинность картины подтверждена экспертным заключением Валерия Силаева.
СВЕШНИКОВ Борис Петрович (1927–1998) Встреча. 1989. Холст, масло. 69,5 × 89
Диалог Свешникова с потусторонними силами — это навык, приобретенный в Гулаге. В лагерь он попал совсем молодым человеком, со студенческой скамьи, по оговору. Выжил чудом, рисовал, чтобы не сойти с ума. После амнистии он жил тихо и с оглядкой. Зарабатывал книжной графикой, доверял только узкому кругу своих, картины продавал редко и обычно иностранцам. Сегодня его картины стоят миллионы, издаются каталоги, проводятся выставки. А сам художник считается одним из главных новаторов послевоенного неофициального искусства.
НЕМУХИН Владимир Николаевич (1925–2016) Бубновый валет № 2. 1991. Холст на планшете из оргалита, левкас, акрил, графитный карандаш. 120 × 100
Метр двадцать, ценный 1991 год и музейное значение в экспертизе. Валерий Силаев отмечает, что в этой композиции чувствуется посвящение конструктивисту Элю Лисицкому. Геометрию первого русского авангарда автор разнообразит неизменной игральной картой. Немухин — член Лианозовской группы, участник Бульдозерной выставки, одна из ключевых фигур послевоенного неофициального искусства.
- Войдите, чтобы оставлять комментарии