ШЕСТИДЕСЯТНИКИ

ЗВЕРЕВ Анатолий Тимофеевич (1931–1986) Геометрическая композиция. 1959. Деревянный планшет, графитный карандаш, масло. 52,5 × 40

Существует поверье, что на свой знаменитый беспредметный цикл Зверев решился под впечатлением от увиденных в квартире Костаки картин амазонок русского авангарда — Ольги Розановой, Александры Экстер и Любови Поповой. Георгий Костаки в те годы был настоящим спасителем и вторым открывателем этого эпохального пласта отечественного искусства.

В те времена из советских музеев эти вещи давно убрали, в каталогах их не публиковали, и молодому художнику узнать про супрематизм или конструктивизм было попросту негде. И вот Зверева настолько потрясла строгая геометрическая оптика в доме коллекционера, что он взял ее на вооружение и решился на собственное переосмысление. По другой версии, эту тему художнику без обиняков предложил сам Костаки: «Толечка, рисуй авангард». Костаки в те годы имел большое влияние на Зверева, был его покровителем, поэтому обе версии звучат правдоподобно и друг друга не исключают.

Но точно известно одно: сегодня геометрические композиции Зверева остаются одним из самых редких и ценных периодов в его творчестве, а любая работа из этого цикла вызывает повышенный интерес у искушенных собирателей. Важной особенностью данного лота является и сама основа — плотный деревянный планшет, который подчеркивает тектоничность и материальность ранних поисков автора. Подлинность произведения подтверждена экспертным заключением Валерия Силаева.

ЯКОВЛЕВ Владимир Игоревич (1934–1998) Розовые мальвы. Конец 1960‑х — 1970‑е. Бумага, темпера. 50,5 × 36

Образцовый Яковлев шестидесятых‑семидесятых годов. Именно цветочный сюжет принес художнику широкую известность в кругах московской интеллигенции.

Рассказы о самобытном, глубоко искреннем авторе с ослабленным зрением и сложной судьбой передавались в столице из уст в уста. Цветы Яковлева любили и охотно приобретали ученые, врачи, актеры и литераторы. В лицемерном мире советского официоза это было практически протестное искусство, подкупавшее своей обезоруживающей чистотой и наивностью. Представленные «Розовые мальвы» наглядно демонстрируют этот уникальный авторский взгляд: на глухом, сумеречном фоне вертикальный стебель держит два крупных, словно светящихся нежно‑розовых соцветия. Плотные, фактурные мазки темперы создают почти рельефную поверхность лепестков с контрастными темными сердцевинами.

В те времена работы Яковлева стоили относительно недорого — условно, около 10–15 тысяч рублей в пересчете на нынешние деньги. Сегодня их стоимость выросла в десятки раз. Однако эти цветы и сейчас продолжают приобретать не только опытные, насмотренные коллекционеры, но и люди, делающие первые шаги в собирательстве. Для последних напомним важный практический нюанс: произведения автора из‑за его огромной популярности не стоит покупать без серьезного экспертного подтверждения. В нашем случае лот укомплектован официальным экспертным заключением Валерия Силаева.

НЕМУХИН Владимир Николаевич (1925–2016) Композиция с калькой. 1985. Бумага, графитный карандаш, акрил, коллаж. 70,5 × 78

Владимир Немухин — художник импульса и живого впечатления. Многие из его знаменитых сюжетов, ставших впоследствии масштабными сериями, имели вполне конкретный бытовой мотив.

Так реальная медвежья шкура, увиденная когда‑то у родственников в Грузии, со временем трансформировалась на холстах в монументальных «Джокеров». Красное закатное солнце на классическом пейзаже Юлия Клевера стало главным цветовым акцентом в серии «Суперслонов». А колода карт, случайно сдутая ветром со стола во время пикника на реке, и вовсе превратилась в основу его уникального художественного языка.

У «Композиций с калькой», которые в среде коллекционеров и дилеров принято называть «Конвертами», тоже был свой триггер. Однажды Немухин зашел в гости к художнику Фёдору Платову и увидел, как бережно тот хранит свои графические листы, прокладывая каждый из них тонкой калькой. Этот образ так запал ему в душу, что родилась идея оригинального цикла.

Всматриваясь в представленную работу 1985 года, понимаешь, почему «конверты» стали одной из самых любимых серий у знатоков андеграунда. Перед нами виртуозная авторская «обманка» (trompe‑l'œil). Калька здесь хоть и выглядит абсолютно осязаемой, на самом деле нарисована: эффект приклеенной полупрозрачной бумаги, ее хрупких складок и легких теней достигается за счет филигранной, тончайшей растушевки белил, акрила и графитного карандаша. В пространстве листа эта иллюзорная вуаль эффектно сталкивается с плотными, почти архитектурными темными элементами и коллажными включениями.

Владимир Немухин — патриарх неофициального искусства, один из лидеров Лианозовской группы и организатор выставок на Малой Грузинской. Этот графический лист представляет собой образец его зрелого стиля, где конструктивная строгость соединяется с метафизической загадкой. На листе присутствуют две авторские подписи и даты — в самом центре композиции и внизу. Подлинность произведения подтверждена экспертным заключением Валерия Силаева.

СЕМИДЕСЯТНИКИ

МИХАЙЛОВ Вячеслав Саввич (1945) Коррида. 2013. Холст, левкас, акрил. 110 × 115

Вячеслав Михайлов — яркий представитель поколения семидесятников, выпускник Ленинградского института живописи имени Репина и признанный классик петербургской школы. Его крупные персональные выставки в 2012 и 2015 годах с большим успехом прошли в Государственном Русском музее, а на берегах Невы неоднократно издавались его монографии и альбомы. Долгое время считалось, что творчество автора находит наибольший отклик именно в Санкт‑Петербурге, однако аукционная практика последних лет показала, что и в Москве интерес со стороны коллекционеров к его искусству неизменно высок.

Манера Михайлова глубоко индивидуальна. Тайна притяжения этой живописи во многом кроется в использовании левкаса — традиционного мелового грунта, который мастер полностью переосмыслил, смешивая с пластификаторами. Такой метод позволяет вылепливать на холсте рельефные, почти скульптурные объемы. Представленная «Коррида» 2013 года — одна из самых зрелых и экспрессивных работ автора в этом цикле. На полотне разворачивается мощный, драматичный поединок, решенный на столкновении глухого черного фона, слепящего белого поля и яростных вспышек красного цвета, которые при правильно поставленном свете начинают буквально пульсировать. Сама пластика фигур быка и пикадора здесь настолько самобытна, что, увидев ее однажды, автора уже невозможно перепутать ни с кем другим.

Полотно шириной более метра обладает выразительной монументальностью. Работа снабжена подписью и датой как на лицевой стороне, так и на обороте холста. Это вещь музейного уровня, способная держать вокруг себя пространство любого современного интерьера.

СОВРЕМЕННОЕ ИСКУССТВО

МАТРОСОВ Борис Игоревич (1956) и АБРАМИШВИЛИ Гия Георгиевич (1966) След. 1990. Холст, масло. 50 × 40

«Это группа "Чемпионы мира"», — уверенно сказал коллекционер, когда принес эту картину. Так мы сначала и записали, но после архивных изысканий внесли важную историческую коррективу.

В 1990 году, когда создавался этот холст, знаменитого объединения уже около двух лет как не существовало, а бывшие соратники по группе Борис Матросов и Гия Абрамишвили работали самостоятельно. Напомним, что арт‑группу «Чемпионы мира» создали в 1986 году Константин Звездочётов, Борис Матросов, Гия Абрамишвили, Константин Латышев и Андрей Яхнин. Ироничное название прямо намекало на амбиции быть первыми абсолютно во всем, и проект действительно мгновенно взлетел. Однако в 1988 году, после череды шумных выставок, абсурдных перформансов и вызывающих акций, группа распалась.

Представленный «След» — лаконичное, концептуальное и очень яркое произведение, созданное вполне в духе художественных манифестов «Чемпионов». Огромный, детально прописанный черный отпечаток пальца на глухом, тревожно‑алом фоне считывается как ироничный символ тотального контроля, обезличивания или, напротив, абсолютного авторского автографа. Полотно написано на излете советской эпохи, в 1990 году. С тех пор прошло более тридцати пяти лет, вещь постепенно переходит в ранг признанной классики эпохи перестройки, но визуально смотрится по‑прежнему свежо и актуально. К слову, Борис Матросов — автор знаменитого арт‑объекта «Счастье не за горами», который давно стал главным культурным символом современной Перми.

Холст обладает подписями обоих авторов и датировкой на обороте. Это отличная находка для тех, кто ценит иронию, лаконизм и историю московской концептуальной школы.

ОСТРЕЦОВ Гоша (1967) Богиня Гея из серии «Солнцеборцы». 2025. Холст, акрил, аппликация, см. т. 80 × 60

В своем масштабном проекте «Солнцеборцы» Гоша Острецов создал уникальные лица‑маски для каждого небесного тела Солнечной системы. В данном случае перед нами «Богиня Гея» — персонификация Земли.

Сложный визуальный язык полотна соткан из цитат и парадоксов. Жесткая геометрическая маска персонажа — это прямой отсыл к «Черному квадрату» Казимира Малевича и наследию первого русского авангарда. Общий композиционный антураж во многом заимствован из драматичной эстетики живописи эпохи барокко, а взрывная, флуоресцентная палитра и экспрессивные стрелы‑молнии пришли из современной комиксовой культуры. Особую ироничную динамику холсту придает коллажная аппликация. Автор пустил по краям композиции текстовые плашки: «Столько коллекционеров !!!». Эта деталь превращает картину в яркий интерактивный манифест, обращенный напрямую к залу.

Гоша Острецов — заметная фигура отечественного актуального искусства. В прошлом он был участником легендарных ленинградских «Новых художников» Тимура Новикова, активным деятелем культового московского сквота «Детский сад», а позже основал известное художественное сообщество «Вглаз». Его творчество успешно существует на стыке графического романа, нью‑вейва, авангардной моды и постмодернистских практик. Произведения Острецова входят в постоянные экспозиции Государственной Третьяковской галереи, Русского музея и ММОМА. Холст дополнен узнаваемой авторской подписью Gosha в правом нижнем углу и представляет собой эффектный пример новейшего периода творчества мастера.