Редкий образец фигуративной живописи Бориса Турецкого 1950‑х годов. Метровое полотно из собрания известного коллекционера Михаила Ершова, друга художника, экспонировалось на персональной выставке в Третьяковской галерее и опубликовано в каталоге. Эта «знаточеская» работа — важнейшая веха раннего творческого этапа одного из самых загадочных русских нонконформистов. Натюрморт написан за несколько лет до перехода мастера к знаковому абстрактному периоду.

Полное название этого сюжета у Немухина — «Брутто‑нетто. Не кантовать». Для человека, выросшего в СССР, эти слова звучат абсолютно органично — так же, как «вира» или «майна». В 1985 году, на заре перестройки, Немухин еще не знал, к каким переменам она приведет. Он просто скопировал трафаретный шрифт, имитировал фактуру досок шпоном и фактически создал «археологический памятник» стране, которая вскоре уйдет в прошлое.

Шестидесятник из обоймы первых имен неофициального послевоенного искусства. Мастер структурного символизма. Плавинский вдохновлялся достижениями древних культур, их символами и знаками. Он много путешествовал по СССР с конца 1950-х годов, исходил пешком полстраны, изучал памятники истории и артефакты прошлого. И, надо признать, наша большая страна дала ему предостаточно материала для сложных переживаний. Русский Север уже тогда был краем разоренных церквей, обветшалых изб и разрухи. Но то, что вселяло ужас в неподготовленного путешественника, становилось подчас источником сильных эмоций для космиста и прирожденного художника-исследователя.