Роскошный Целков высотой метр тридцать — зрелая работа художника, лишенная избыточного гротеска. Крупный формат, чистый фиолетовый цвет и узнаваемый канонический сюжет.

Люся — это Людмила Назарова, первая жена Зверева, мать двоих его детей. Она тоже была художницей, работала акварелью, гуашью. Существует полубыль‑полубайка, что как‑то раз Звереву поручили сделать десятки работ для зарубежной выставки. И тот, недолго думая, запер свою Люсю и велел ей до вечера нарисовать за него пачку рисунков. «Вернусь — подпишу». А сам пошел заниматься другим любимым делом.

Метровая живопись музейного класса самого ценного периода Олега Целкова. В восьмидесятые годы пятидесятилетний художник вышел на творческий пик. К этому моменту окончательно вызрели основные идеи, сформировалась образность, была доведена до совершенства уникальная живописная техника. Творческие удачи следовали одна за одной.

«Структура круга» — работа концептуальная и абсолютно современная по оптике. Невозможно поверить, что этой картине уже больше пятидесяти лет. Да, перед нами Шаблавин 1975 года — по формальным критериям уже антиквариат! И на самом деле такое сочетание, когда время не властно над идеей и пластикой — это явление не просто редкое, а критериальное. Словом, хорошая вещь, надо брать!

Перед нами подписной Целков, метр тридцать в высоту, опубликованный в каталоге ретроспективной выставки «Олег Целков. Чужой», которая прошла в Московском музее современного искусства в 2022 году. Провенанс — из семьи наследников художника, что указано в прилагаемой экспертизе. Словом, идеальный вариант в коллекцию.

Для Немухина размер был вещью не технической, а критериальной. Большие картины он делал только для важных коллекций или в музей. И отношение к ним было особым. «Белый ломберный стол» — это антология приемов Немухина. Там есть и элементы коллажа, и шпон, и разметка под фирменные разрезы. Вещь исключительно многодельная, сложная, эффектная. Такая создана «держать» не только стену, но и целый зал.

Перед нами образцовый коллекционный Целков. Музейный размер — больше метра — это раз. Романтический, мягкий сюжет — это два. Здесь нет ни колюще-режущих предметов, ни каких‑то нескромных поз. Такой Целков —картина мечты для любого устроителя выставок. Все ласково: стол, груши, внимательный персонаж. И провенанс идеальный — из семьи.

Покупателями работ академика и профессора Императорской академии художеств Юлия Клевера были русские императоры Александр II и Александр III. Его картины приобретал Павел Третьяков. Помимо подчеркнутой декоративности, работы Клевера отличает тонкая философская меланхолия. Это своего рода жанр ванитас, реализованный в технике пейзажа. Клевер не столько фиксирует красоту природы, сколько делится размышлениями о суетности и мимолетности жизни, ценности каждого ее момента.

2024 год во всем мире отмечается как 150-летний юбилей импрессионизма. И вот перед нами самый известный и, пожалуй, самый дорогой русский импрессионист — Константин Коровин. Ученик Перова, Поленова и Саврасова был очарован манерой французских «впечатленцев» в 1887 году, когда впервые приехал в Париж. Там он начал последовательно развивать собственную манеру с широким мазком, характерной «бескрайней» композицией и этюдной незавершенностью.

«Целков — это гремучая смесь из светотени Рембрандта, пышной плоти Рубенса, помноженная на русское безумие и мощь варварского духа!» Так о творческом методе шестидесятника Олега Целкова отозвался однажды его друг Михаил Шемякин.