«Луна с буквами» — нечастый, концептуальный сюжет в творчестве шестидесятника Владимира Немухина. Мы привыкли к ломберным столам и валетам. А тут луна, да еще и странные слоги. Можно предположить, что это диалог с «будетлянином» Велимиром Хлебниковым, отсылка к поэзии русского авангарда.

Полутораметровый Штейнберг поразительной красоты и высочайшего музейного уровня. Это классический сюжет для одного из главных представителей второго авангарда. Лаконичный язык супрематизма, диалог с Малевичем, но при этом совершенно особый эстетизм. Недаром одним из первых его учителей был «Петрович» — Борис Петрович Свешников.

Тут важен контекст. Вспомним, что такое 1979-й год? На «загнивающем Западе» — компьютерная революция. Идет какое-то невероятное бурление энергий, пассионарный взрыв. В США — бум потребления. Одновременно в СССР — разгар эпохи застоя. Пропаганда на фоне растущего дефицита. Но вместе с тем 1979 год — это время бурного научно-технического прогресса и парадоксальный расцвет культуры! Такое вот странное время разочарований, удач и надежд. И все эти страхи, сомнения и оптимизм стали частью масштабной работы Петра Беленка — создателя уникальной концепции «панического реализма».

Оригинальные суперслоны Немухина существуют во множестве исполнений. Бывают даже экзотические розовые слоны. Предполагаю, что изначально конструкция из супрематических символов должна была бы называться «СУПРЕслон». Но в наших широтах слоник обрусел и превратился в «супера». Этот программный сюжет без карт сильно полюбился коллекционерам. Каждый хотел такого же.

Наталья Нестерова создала свой очень узнаваемый, самобытный созерцательный неопримитивизм почти 50 лет назад. И ее язык остается современным и в наши дни. Ее картины — это разговор о жизни здесь и сейчас. Она старается чаще напоминать о скромных удовольствиях и моментах счастья. Нестерова не попрекает, не воспитывает. Ее картины — о том, что нужно радоваться хорошей погоде, приятной компании, вкусной еде и возможности путешествовать в интересные места.

Тридцать лет назад Валерий Кошляков вместе с Авдеем Тер-Оганяном были соратниками по товариществу «Искусство или смерть». Художники жили, работали и устраивали выставки в легендарном сквоте в Трехпрудном переулке. Сегодня Валерий Кошляков — уже классик современного русского искусства. Живет и работает в Париже. А аукционные цены на отдельные его работы приближаются к 150 000 долл.

Художников дуэта Комара и Меламида знают в первую очередь как изобретателей соц-арта, который они придумали в 1972 году. Сам термин — это комбинация «поп-арта» и «соцреализма». Но в отличие от американского поп-арта, который доводил до абсурда рекламу, Виталий Комар и Александр Меламид придумали доводить до абсурда символы идеологической пропаганды.

Давид Бурлюк известен как отец русского футуризма. В молодости он со своим другом Владимиром Маяковским раздал немало пощечин общественному вкусу. Футуристы раскрашивали лица, носили яркую одежду, украшали петлицы пиджаков ложками — в общем, наводили ужас на обывателей. Потом революция — эмиграция — спокойная, плодотворная работа в Америке. Неслучайно большинство работ, которые мы видим сегодня на рынке, — это вещи американского периода.

Новый способ заливки фонов и приемы внедрения объектов для ассамбляжей и абстракций своему ленинградскому другу Евгению Рухину показал в 1960-х Владимир Немухин. Геолог по образованию, Рухин стал одним из самых ярких художников неофициального искусства. И одним из самых смелых. Бескомпромиссность и смелость Рухина, его откровенная конфронтация с властями породили версию о его убийстве по политическим мотивам.

В своем эссе, посвященном творчеству художника, Валерий Силаев очень метко сравнивает Буха с вулканом, а его живописный метод — с кипением лавы. Бух какое-то время настраивался, взвинчивал себя. А потом бросался в бой — стремительно и экспрессивно. Смешивал краски прямо на холсте, клал их пальцами, мастихином, растирал газетами и тряпками. Работа для него была физиологической необходимостью. С утра и до вечера. Если готовые картины не успевали вовремя забрать, то порой художник записывал их заново.